- Инстед Уик - внизу. Можно скатить автомобиль по склону, - сказал я наконец.

- Тогда этот фрукт пешком доберется до станции. Правда, можно снять с него сапоги, - сказал Пайкрофт.

- Кража, - с жаром произнес наш гость, - отягчающее обстоятельство при оскорблении действием.

- Да повесить его, и делу конец, - буркнул Хинчклифф.

Но нас как-то не влекло к убийству в этот жаркий полдень.

Мы сели на вереск покурить, и вскоре снизу донесся басовитый рокот идущего в гору газолинового автомобиля. Я вначале не обратил на него внимания, как вдруг услышал рев рожка, подобного которому не раздавалось во всех прилегающих к Лондону графствах.

- Вот к нему-то я и ехал в гости! - крикнул я. - Мужайтесь! - И побежал вниз по дороге.

Это был большой черный "октопод" мощностью в двадцать четыре лошадиные силы, кузов которого открывался сзади; в нем сидели не только мой друг Киш и его шофер Сэлмон, но и мой собственный шофер, на чьем лице я впервые за все время нашего знакомства видел улыбку.

- Вы что, арестованы? В чем вас обвиняют? Я уже ехал в Лингхерст, чтобы за вас поручиться - ваш человек мне все рассказал, но возле Инстед Уика меня самого задержали! - крикнул Киш.

- За что?

- Оставил без присмотра автомобиль. Просто наглая придирка, если вспомнить, сколько непривязанных телег торчит у каждого трактира. Я препирался с полицейскими битый час, и все без толку. Они ведь всегда правы, их не переспоришь.

Засим я поведал ему нашу историю и, когда мы въехали на вершину плато, в подтверждение своих слов указал на маленькую группку, сгрудившуюся возле автомобиля.

Высокие чувства всегда немы. Киш нажал на тормоз и привлек меня к своей груди с такой силой, что я застонал. Помнится, он даже что-то потихоньку мурлыкал, как мать, истосковавшаяся по младенцу.

- Дивно! Дивно! - пробормотал он. - Жду ваших распоряжений.

- Возлагаю все на вас, - сказал я. - На шканцах вы обретете некоего мистера Пайкрофта. Сам я полностью выбываю из игры.